Мы в социальных сетях:
Главная События Обозрение Видео Фото Аудио
Интервью Среда обитания Люди как люди
Глаза наполнив синевой, взошла ты на скалы, поднялась до облаков
21 февраля 16:22 Вторник
Глаза наполнив синевой, взошла ты на скалы, поднялась до облаков
 

#lyric@kvz_fact Глаза наполнив синевой, взошла ты На скалы, поднялась до облаков. А горы - словно ехать им куда-то – С утра одеты в башлыки снегов.

Балкария моя, ты дорога мне. И рвутся в душу: звон твоих лугов, Олений рев, цветы, леса и камни, И гордый тур, и стук его рогов.

Здесь, на скале, что затерялась в тучах, Стоит березок хрупких белый ряд, А на камнях, как буйволы могучих, Тюльпаны, словно искорки, горят.

Ты - мужество и нежность. Эти свойства

В тебе в одно,

Балкария, слились.

Ведь песни о любви и о геройстве В твоих горах, как сестры, родились. Чегем и Черек, и Баксан глубокий Несутся, как гонцы, с твоих вершин,

Несутся вниз, привет вершин высоких

Передавая жителям равнин. Чегемское ущелье с водопадом, ()зера голубые летним днем, Гам, если всадник вдруг проскачет рядом, И воде он отражается с конем.

Я понял, глядя в воды голубые, Где отражались облака и снег, Что если вновь лишусь родной земли я, То счастья не найду нигде вовек.

Сдружилась ты с Эльбрусом-великаном, Он тамада, советчик твой и щит. Когда в беде ты, он покрыт туманом. Когда твой праздник, снег на нем блестит.

Балкария моя, откройся взору: Как бурки - тучи, снег твой - как башлык...

Мой стих, как тур, в твои уходит горы, Ему легко в горах, он к ним привык. 2 Зерно на скалах ты растил всегда, Народ мой. Не питал ты к людям злобы, Под облаками мирно пас стада, Трудился от рождения до гроба.

Свою ты пашню буркой мог накрыть, Вот пашня у тебя была какая! Но не ходил ты к людям хлеб просить, Его трудом из пашни выжимая.

Ты пробивал дороги сквозь гранит, По ним теперь летят автомобили. Арык провел ты - в нем вода журчит,

Пустынный склон теперь бахчи покрыли. Вез яблоньки ты в горы на арбе, Возился с ними, с каждой по неделям. И вот теперь благодаря тебе

Цветут сады у скал, у всех расселин.

Когда над пропастями ты косил, В твоих глазах привычных не темнело, Был труден путь, но все ж хватало сил Не погибать в беде и делать дело.

Всегда радушно ты встречал гостей

Вином, приветным словом, хлебом-солью,

Но, как атлет, веревки палачей Ты разрывал и выходил на волю.

И если подвиг требовался твой, Ты становился вдруг орла бесстрашней, И если вел ты днем кровавый бой, То все же ночью выходил на пашню.

И посылала в битву, как на труд, Мать сына своего. Вот так мы жили! А имена погибших не умрут. О них мы песни гордые сложили.

Водил бойцов сквозь вьюгу и туман, На белых волков нападая смело,

Хаджи-Мурат Асанов, партизан. Он пал в бою за ленинское дело.

И в самой страшной схватке наших дней, Как вся страна, мы отдали немало, Лишь у одной у матери моей

Племянников пятнадцать в битвах пало.

Без этих слов вся жизнь была бы ложь, Их не сказав, я не был бы поэтом. Я знал, что ты беду переживешь, И силы жизни черпал в вере этой.

Я верен был всегда твоей судьбе И верил в нашу родину святую, Я знал, что пригожусь еще тебе, Коль эти дни с тобой переживу я. 3 Балкария милая! Золота залежь Для нас не сравняется с камнем твоим. К хвостам лошадей бы меня привязали –

И так до тебя б я добрался живым.

Как матери грудь, твои душные травы

Я буду сосать, моя родина-мать,

То жаркий, то влажный твой камень шершавый

Я буду и в ливень и в зной целовать.

Когда б я взошел на вершину Дыхтау

И бросился б вниз на аул Безенги, Остался бы жив я, я знаю, я знаю, -

Ведь скалы мне с детства друзья, не враги.

Мне все твои беды, как в сердце кинжалы, Я бросился б даже быку на рога, Хоть бешеным будь он, лишь ты б расцветала, Родная земля. Так ты мне дорога!

Чтоб жил мой народ средь народов свободных,

Чтоб пляскам в ущельях греметь каждый год,

Пусть сердце от пули вдруг станет холодным, Лишь только бы в счастье ты жил, мой народ.

Убит век назад на глухом перевале, Поднялся я из-под столетнего льда

Тебя отстоять от беды и печали, Когда бы грозили печаль и беда.

А если бы сил у меня не хватило, Я плакал бы в песнях над горем твоим, А в день твоей радости, встав из могилы, С тобой бы я счастлив был счастьем одним.

А если б я был твоей древности воин, Что пал за тебя в справедливом бою, В час бед и в земле бы я не был спокоен,

Поднялся б, разрушив могилу свою, И вновь за тебя я боролся бы страстно, За смелых табунщиков и чабанов.

Чтоб ты не была сиротою несчастной, И жизнь и здоровье отдать я готов. Согласен быть пеплом, что ветер уносит, Лишь только бы ветер был, родина, твой, Пусть снежный обвал с высоты меня сбросит, Лишь только б навек мне остаться с тобой!

Твоим быть певцом - это высшая радость, Что может сравниться со счастьем таким? Мне, может быть, в жизни всего только надо Быть глиной твоею и камнем твоим.

© Кайсын Кулиев

Чтоб жил мой народ средь народов свободных,

Чтоб пляскам в ущельях греметь каждый год,

Пусть сердце от пули вдруг станет холодным, Лишь только бы в счастье ты жил, мой народ.

Убит век назад на глухом перевале, Поднялся я из-под столетнего льда

Тебя отстоять от беды и печали, Когда бы грозили печаль и беда.

А если бы сил у меня не хватило, Я плакал бы в песнях над горем твоим, А в день твоей радости, встав из могилы, С тобой бы я счастлив был счастьем одним.

А если б я был твоей древности воин, Что пал за тебя в справедливом бою, В час бед и в земле бы я не был спокоен,

Поднялся б, разрушив могилу свою, И вновь за тебя я боролся бы страстно, За смелых табунщиков и чабанов.

Чтоб ты не была сиротою несчастной, И жизнь и здоровье отдать я готов. Согласен быть пеплом, что ветер уносит, Лишь только бы ветер был, родина, твой, Пусть снежный обвал с высоты меня сбросит, Лишь только б навек мне остаться с тобой!

Твоим быть певцом - это высшая радость, Что может сравниться со счастьем таким? Мне, может быть, в жизни всего только надо Быть глиной твоею и камнем твоим.

© Кайсын Кулиев

Валерия Сергеевна Верхорубова

топ видео
новости региона