Мы в социальных сетях:
Главная События Обозрение Видео Фото Аудио
Интервью Среда обитания Люди как люди
С. Дохолян: до управляемости Дагестану далеко
16 января 2014 22:33 Четверг
С. Дохолян: до управляемости Дагестану далеко. 22040.jpeg

Рамазан Абдулатипов в послании Народному собранию раскритиковал и обнадежил Дагестан. Диагнозы, поставленные им ситуации в республике, жестки, но правдивы, большой экономический потенциал определен правильно, поставленные цели верны, но вот о достижениях сказано чересчур самоуверенно. В корне изменившимся за год Дагестан считать нельзя, полагает заведующий отделом структурных преобразований экономики региона ИСЭИ ДНЦ РАН Сергей Дохолян.

— Накануне глава Дагестана Рамазан Абдулатипов выступил с посланием Народному собранию. В нем он коснулся, пожалуй, всех сфер жизни республики, от преступности до культуры. Сергей Владимирович, как экономист, на что Вы обратили особое внимание?

— Это было первое послание Рамазан Гаджимурадовича парламенту, и оно вызывает большой интерес. Если комментировать его, то я бы выделил несколько блоков. Первое — в послании определены важнейшие стратегические приоритеты: это обеспечение безопасности, устойчивого благополучного развития республики Дагестан и защита прав и свобод дагестанцев, граждан Российской Федерации. Здесь очень хорошо подчеркнуто, что мы одно государство, один народ и одна страна. На мой взгляд, это очень важный тезис всего послания, который определяет положение Дагестана и его будущее.

Второе, что следует выделить, это диагностика проблем. Конечно, у послания есть эмоциональная составляющая. Видно, что Рамазана Гаджимурадовича задевают последние места в рейтингах развития субъектов Российской Федерации. Он не хочет с этим мириться и намерен изменить положение. Это похвально, потому что Дагестан действительно находится не на своем месте по своему потенциалу, по своим ресурсам и возможностям. Абдулатипов очень критично относится к тому, что происходит в Дагестане, совершенно верно отмечая многие негативные тенденции. Это, в частности, то, что ресурсы федеральных и республиканских программ нередко направляются не по назначению. Это то, что некоторые чиновники, пользуясь свои служебным положением, "переписали на себя полгорода, полреспублики". Это то, что в "теневой экономике" много "заложников и рабов, которых хозяева при необходимости используют в роли боевиков". Это очень жесткие заявления, где он отмечает, что с такими явлениями нельзя мириться, а надо активно бороться. И, конечно, хотелось бы видеть не только декларацию, но и реализацию этих целей. Если это ему удастся, доверие народа к Абдулатипову значительно возрастет.

Еще очень важный момент: в основе всех проблем — состояние духовной сферы. Есть хорошее выражение "разруха не в клозетах, а в головах людей". Рамазан Гаджимурадович прекрасно отдает себе отчет, что без изменения психологии, менталитета, моральных ценностей народа изменить что-то в республике будет сложно. Он понимает это, и сейчас, по сути дела, обращается к народу за поддержкой, чтобы ему помогли проводить преобразования.

Следующий блок — это блок достижений, который вызывает настороженность. Наша статистика почему-то всегда начинает благоприятно отражать хорошие тенденции со сменой руководства, хотя роль и значение этого руководства в данных изменениях спорная. И некоторые тезисы вызывают вопросы. С ним трудно согласится, что восстановлена управляемость республики, наведен элементарный порядок, поскольку кризис в Дагестане носит системный характер, и решать его надо также системно. По мановению волшебной палочки изменить ситуацию в Дагестане просто нереально. Но здесь важнее само стремление, которое присутствует в послании. Есть вещи "в ожидании". Например, созданы Стратегический совет при президенте, Корпорация развития Дагестана. Мы видим, что Совет существует девять месяцев, но мы не видели, чем он занимается. Корпорация развития создана полгода назад, и ее результаты тоже не видны, хотя надежды возлагаются большие.

Я бы выделили из всех тезисов то, что Дагестан — это республика с огромным творческим потенциалом и с богатыми культурными и духовными традициями. Тут я бы хотел пожелать президенту активнее использовать творческий потенциал, особенно молодежи. Мы имеем тенденцию оттока молодой интеллектуальной элиты Дагестана, которая не видит будущего и уезжает в другие города России, и там себя зачастую реализует. Их потенциал вполне мог быть использован на развитие нашей республики. Надо предостеречь от "варягов", которые приходят зарабатывать на Дагестане и которых не интересует результат.

И еще один тезис — это то, что нам нужна стабильная обстановка и здоровая духовно-нравственная атмосфера в обществе. Пока ее не будет, мы не сможем говорить об экономическом развитии. Известно, что деньги, инвестиции "любят тишину". Если территория сейчас находится в турбулентном состоянии, как оценивает ее действующий президент, то инвестиции привлечь крайне сложно. Это главная задача — создать условия для работы.

Читайте по теме: Приоритеты Дагестана на заказ

В целом могу сказать, что если оценить экономический блок, то мы не увидели новых прорывных решений. Но мы увидели преемственность в направлении развития, что я считаю очень важным. Многие направления коррелируют со Стратегией-2025. И то, что сейчас действующий президент не хочет ждать 2025 года, а стремится реализовать в ближайшей перспективе, это тоже хорошо, потому что народ не хочет долго ждать, он хочет уже завтра видеть эти изменения, чтобы завтра была стабильность, изменились доходы, чтобы люди стали жить лучше.

— Одним из главных достижений, на взгляд Абдулатипова, была разработка приоритетных проектов развития республики. Действительно ли названные им 10 проектов — это то, что больше всего нужно Дагестану сейчас?

— Мы видели приоритетные проекты лишь в формате лозунгов, политических заявлений. Это политический, а не экономический документ, потому что если политик говорит, что надо увеличить производительность труда в три раза за ближайшие пять лет, это одно, когда говорит экономист, он должен сказать, каким образом, за счет чего, дать обоснования и расчеты. Все приоритетные проекты, которые предлагает Рамазан Гаджимурадович, очень интересны. У всех возникает один вопрос: насколько это реально? Большинство населения будет приветствовать, если результаты будут достигнуты. Нет сомнений, что именно эти цели надо реализовать, но мы беспокоимся о реалистичности этих проектов. Есть ожидание и есть результаты, если они не совпадают, появляется разочарование, а это опасно.

— Вы отметили, что он сделал много жестких заявлений. Одно из них было о том, что "надо возвращать неправедно добытую собственность", отдать ее должны добровольно. Это популистское заявление? Ведь никаких пересмотров итогов приватизации у нас в стране не предвидится.

"Вернуть добровольно" — это не юридическая категория. Я не юрист, но у нас есть собственность, которая получила защиту по всем правилам закона, а есть и собственность, присвоенная незаконным образом. Если кто-то захватил собственность, нарушая законы, здесь надо разбираться и устанавливать право собственности. Но если человек это получил законным способом, а нам кажется, что он это сделал не совсем правильно, здесь нужно отдать вопрос юристам. Мы не можем заниматься, как революционеры, экспроприацией у экспроприаторов.

— Говоря о "теневой экономике", Абдулатипов заявил, что ее нужно выводить на свет, а потом, в продолжение темы, сказал, что недостаточно много собирается налогов, и рекомендовал ужесточить учет приусадебных хозяйств, дачных участков, мелких предпринимателей. Там ли он ищет скрытые доходы?

— Налоги можно увеличить двумя методами — карательными, когда налоговые инспекторы ищут, приходят, кого-то заставляют, используются правоохранительные органы, и второй метод — экономической заинтересованности, когда выгодно платить налоги. Надо создать такие условия, потому что при "теневой экономике" люди оказываются в зависимости от тех людей, которые помогают им скрывать доходы. Не секрет, что и налоговые инспекторы иногда помогают. На мой взгляд, 90 процентов предпринимателей с удовольствием выйдут из тени. Человек, который вышел из тени, действительно спокойно может развивать свой бизнес. Важно, чтобы не строились бюрократические препоны, чтобы "не кошмарили бизнес". Это сложная задача, которую не решить одним махом. А у нас доходы, которые находятся в теневом бизнесе, оцениваются в как минимум 55 процентов. И я бы не делал упор на подсобные хозяйства. В мировой экономике основную долю налогов платят мелкие и средние предприятия, но не малый бизнес и не сфера торговли и услуг, а промышленность, в первую очередь, сельское хозяйство с перерабатывающей промышленностью. Надо, чтобы было больше средних и крупных предприятий. Я не говорю, что мелкий бизнес не надо развивать. Между ними обычно нет даже конкуренции, так как каждый занимает свою нишу. А у нас развит даже не мелкий бизнес, а микробизнес — предприятия с численностью работников 3, 7, 10 человек. Этот бизнес желательно освободить от всех налогов, чтобы он мог снимать социальную нагрузку. Часто это семейный бизнес. Дай бог, чтобы они себя кормили и не обращались к государству за помощью.

— Многие федеральные СМИ подхватили новость о том, что Абдулатипов хочет создать собственную нефтегазовую компанию Дагестана. Это реальная цель? Ведь возникнет конкуренция с "Роснефтью" и "Газпромом"?

— Пока непонятно, что из себя будет представлять эта нефтегазовая компания. Он высказал это как предложение. Здесь надо учесть важный момент распределения полномочий между федеральным центром и регионом. Было бы неплохо наладить переработку нефтепродуктов в Дагестане, а не завозить их. Зачем везти бензин из Башкирии, если мы можем сами его тут изготавливать. Но такой ресурс как нефть находится в ведении федеральных органов власти, и даже если будут разрабатываться месторождения, то республика может получить места и прибыль скорее от обслуживания этих процессов.

— И последний вопрос. Абдулатипов заявил в послании, что "Дагестан начала 2014 года в корне отличается от Дагестана начала 2013 года и по внешнему виду, и по внутреннему содержанию". Вы согласны, что произошел перелом, что Дагестан в корне изменился?

— А что значит " в корне"? Как я уже говорил, у послания есть эмоциональная нагрузка. Да, произошли определенные изменения в Дагестане, и это отрицать нельзя. Да, есть попытка навести порядок. Но согласиться с тем, что восстановлена управляемость республики и наведен элементарный порядок, я не могу. Есть предпосылки к изменениям, но так быстро решить проблему не удалось, и вряд ли кто-то мог бы это сделать. 20 лет прошло, пока Дагестан дошел до сегодняшнего состояния, нельзя же за один день все исправить. Как врачи говорят: "Вы болезнь зарабатываете годами, а исцелиться хотите одной таблеткой". И здесь вся работа по выводу Дагестана из кризиса и переводу его в гармоничное развитие впереди.

— Многие федеральные СМИ подхватили новость о том, что Абдулатипов хочет создать собственную нефтегазовую компанию Дагестана. Это реальная цель? Ведь возникнет конкуренция с "Роснефтью" и "Газпромом"?

— Пока непонятно, что из себя будет представлять эта нефтегазовая компания. Он высказал это как предложение. Здесь надо учесть важный момент распределения полномочий между федеральным центром и регионом. Было бы неплохо наладить переработку нефтепродуктов в Дагестане, а не завозить их. Зачем везти бензин из Башкирии, если мы можем сами его тут изготавливать. Но такой ресурс как нефть находится в ведении федеральных органов власти, и даже если будут разрабатываться месторождения, то республика может получить места и прибыль скорее от обслуживания этих процессов.

— И последний вопрос. Абдулатипов заявил в послании, что "Дагестан начала 2014 года в корне отличается от Дагестана начала 2013 года и по внешнему виду, и по внутреннему содержанию". Вы согласны, что произошел перелом, что Дагестан в корне изменился?

— А что значит " в корне"? Как я уже говорил, у послания есть эмоциональная нагрузка. Да, произошли определенные изменения в Дагестане, и это отрицать нельзя. Да, есть попытка навести порядок. Но согласиться с тем, что восстановлена управляемость республики и наведен элементарный порядок, я не могу. Есть предпосылки к изменениям, но так быстро решить проблему не удалось, и вряд ли кто-то мог бы это сделать. 20 лет прошло, пока Дагестан дошел до сегодняшнего состояния, нельзя же за один день все исправить. Как врачи говорят: "Вы болезнь зарабатываете годами, а исцелиться хотите одной таблеткой". И здесь вся работа по выводу Дагестана из кризиса и переводу его в гармоничное развитие впереди.

Светлана Болотникова

топ видео
новости региона